Потребителски вход

Запомни ме | Регистрация
Постинг
22.06 15:19 - Първите часове в най-голямата досегашна трагедия на Германия и Русия
Автор: iliaganchev Категория: История   
Прочетен: 78 Коментари: 0 Гласове:
0



Първите часове в най-голямата досегашна трагедия на Германия и Русия

Die ersten Stunden in der bisher grцЯten Tragцdie Deutschlands und Russlands

Германия 2 пъти е предизвиквала трагедия за себе си, като не е изпълнявала завета на своя най-голям държавник Ото фон Бисмарк. Надвам се, че сега Германия не клони към същата грешка-престъпление! Всеки германец трябва да прочете внимателно този текст и неговото продължение!

Deutschland hat sich zweimal selbst eine Tragоеdie zugefuegt, indem es das merkwuerdige  Vermдchtnis seines groessten Staatsmannes Otto von Bismarck nicht erfuellt hat. Ich hoffe, dass Deutschland jetzt nicht zu demselben Fehlerverbrechen neigt! Jeder Deutsche sollte diesen Text und seine Fortsetzung aufmerksam lesen!

Записките на най-информирания човек за войната на хитлеристка Германия против Съветския съюз – маршал Георгий Жуков (началник на генералния щаб на армията-победителка)

Notizen des am besten informierten Mannes ueber den Krieg Hitlerdeutschlands gegen die Sowjetunion - Marschall Georgy Zhukov (Generalstabschef der siegreichen Armee).

01. В ночь на 22 июня 1941 года всем работникам Генерального штаба и Наркомата обороны было приказано оставаться на своих местах. Необходимо было как можно быстрее передать в округа директиву о приведении приграничных войск в боевую готовность. В это время у меня и наркома обороны шли непрерывные переговоры с командующими округами и начальниками штабов, которые докладывали нам об усиливавшемся шуме по ту сторону границы. Эти сведения они получали от пограничников и передовых частей прикрытия.

01. In der Nacht zum 22. Juni 1941 wurde allen Mitarbeitern des Generalstabs und des Volkskommissariats fьr Verteidigung befohlen, an ihren Plaetzen zu bleiben. Es war notwendig, den Distrikten die Weisung ьber die Heranfьhrung der Grenztruppen in die Kampfbereitschaft so schnell wie moeglich zu uebermitteln. Der Volksverteidigungskommissar und ich befanden uns zu dieser Zeit in staendigen Verhandlungen mit den Kommandeuren der Bezirke und den Stabschefs, die uns ueber den zunehmenden Laerm auf der anderen Seite der Grenze berichteten. Diese Informationen erhielten sie von den Grenzschutzbeamten und fortgeschrittenen Deckungseinheiten.

02. Примерно в 24 часа 21 июня командующий Киевским округом М. П. Кирпонос, находившийся на своем командном пункте в Тернополе, доложил по ВЧ, что, кроме перебежчика, о котором сообщил генерал М. А Пуркаев, в наших частях появился еще один немецкий солдат — 222-го пехотного полка 74-й пехотной дивизии. Он переплыл речку, явился к пограничникам и сообщил, что в 4 часа немецкие войска перейдут в наступление. М. П. Кирпоносу было приказано быстрее передавать директиву в войска о приведении их в боевую готовность.

02. Am 21. Juni gegen 24:00 Uhr meldete der Kommandeur des Kiewer Bezirks, M. P. Kirponos, der sich auf seinem Kommandoposten in Ternopil befand, der HF, dass neben dem von General M. A. Purkaev gemeldeten Ьberlaeufer ein weiterer Deutscher sei erschien in unseren Einheiten Soldat - 222. Infanterieregiment, 74. Infanteriedivision. Er schwamm ьber den Fluss, erschien den Grenzposten und sagte, um 4 Uhr wuerden die deutschen Truppen in die Offensive gehen. M. P. Kirponos wurde angewiesen, die Anweisung schnell an die Truppen weiterzuleiten, um sie in Kampfbereitschaft zu bringen.

03. Все говорило о том, что немецкие войска выдвигаются ближе к границе Об этом мы доложили в 00.30 минут ночи И. В. Сталину. Он спросил, передана ли директива в округа. Я ответил утвердительно.

После смерти И. В. Сталина появились версии о том, что некоторые командующие и их штабы в ночь на 22 июня, ничего не подозревая, мирно спали или беззаботно веселились. Это не соответствует действительности. Последняя мирная ночь была совершенно иной.

03. Alles deutete darauf hin, dass die deutschen Truppen naeher an die Grenze heranrueckten, was wir um 0.30 Uhr nachts an JW Stalin meldeten. Er fragt, ob die Richtlinie an die Bezirke weitergegeben worden sei. Ich antwortete mit Ja.

Nach dem Tod von I. V. Stalin tauchten Versionen auf, dass in der Nacht des 22. Juni einige Kommandeure und ihr Hauptquartier, ohne etwas zu ahnen, friedlich schliefen oder sorglosen Spass hatten. Das ist nicht wahr. Die letzte friedliche Nacht war ganz anders.

04. Как я уже сказал, мы с наркомом обороны по возвращении из Кремля неоднократно говорили по ВЧ с командующими округами Ф. И. Кузнецовым, Д. Г. Павловым, М П. Кирпоносом и их начальниками штабов, которые, кроме Д. Г Павлова, находились на своих командных пунктах.

04. Wie ich bereits sagte, sprachen der Volksverteidigungskommissar und ich nach unserer Rueckkehr aus dem Kreml wiederholt auf HF mit den Kommandanten der Bezirke F. I. Kuznetsov, D. G. Pavlov, M. P. auf ihren Kommandoposten.

            05. Под утро 22 июня Н. Ф. Ватутин и я находились у наркома обороны С К Тимошенко в его служебном кабинете.

В 3 часа 07 минут мне позвонил по ВЧ командующий Черноморским флотом адмирал Ф С. Октябрьский и сообщил" «Система ВНОС флота докладывает о подходе со стороны моря большого  количества неизвестных самолетов; флот находится в полной боевой готовности. Прошу указаний».

05. Am Morgen des 22. Juni waren N. F. Watutin und ich beim Volksverteidigungskommissar S. K. Timoschenko in seinem Buero.

Um 03:07 Uhr erhielt ich auf Kurzwelle einen Anruf vom Kommandanten der Schwarzmeerflotte, Admiral F. S. Oktyabrsky, der sagte: „Das VNOS-System der Flotte meldet eine grosse Anzahl unbekannter Flugzeuge, die sich vom Meer naehern; Die Flotte ist in voller Kampfbereitschaft. Ich bitte um Anweisungen."

06. Я спросил адмирала:

— Ваше решение?

— Решение одно: встретить самолеты огнем противовоздушной обороны флота.

Переговорив с С. К. Тимошенко, я ответил адмиралу Ф. С. Октябрьскому:

   Действуйте и доложите своему наркому.

06. Ich fragte den Admiral:

- Ihre Entscheidung?

- Es gibt nur eine Loesung: die Flugzeuge mit Flottenluftverteidigungsfeuer zu treffen.

Nach einem Gespraech mit S. K. Timoschenko antwortete ich Admiral F. S. Oktyabrsky:

- Handeln Sie und melden Sie sich bei Ihrem Verteidigungskommissar.

07. В 3 часа 30 минут начальник штаба Западного округа генерал В. Е. Климовских доложил о налете немецкой авиации на города Белоруссии. Минуты через три начальник штаба Киевского округа генерал М. А. Пуркаев доложил о налете авиации на города Украины. В 3 часа 40 минут позвонил командующий Прибалтийским военным округом генерал Ф. И. Кузнецов, который доложил о налетах вражеской авиации на Каунас и другие города.

07. Um 03:30 Uhr berichtete der Stabschef des Westbezirks, General V. E. Klimovskikh, ueber einen deutschen Luftangriff auf die Staedte Weissrusslands. Drei Minuten spaeter berichtete der Stabschef des Bezirks Kiew, General M. A. Purkaev, ueber einen Luftangriff auf die Staedte der Ukraine. Um 03:40 Uhr rief der Kommandeur des baltischen Militaerbezirks, General F. I. Kuznetsov, an und berichtete ueber feindliche Luftangriffe auf Kaunas und andere Staedte.

08. Нарком приказал мне звонить И. В. Сталину. Звоню. К телефону никто не подходит. Звоню непрерывно. Наконец слышу сонный голос генерала Власика (начальника управления охраны).

— Кто говорит?

— Начальник Генштаба Жуков. Прошу срочно соединить меня с товарищем Сталиным.

— Что? Сейчас?! — изумился начальник охраны. — Товарищ Сталин спит.

— Будите немедля: немцы бомбят наши города, началась война.

Несколько мгновений длится молчание. Наконец в трубке глухо ответили:

   Подождите.

08. Der Volkskommissar befahl mir, I. V. Stalin anzurufen. Ich rufe an. Niemand geht ans Telefon. Ich rufe staendig an. Schliesslich hoere ich die verschlafene Stimme von General Vlasik (Leiter der Sicherheitsabteilung).

- Wer spricht?

- Generalstabschef Schukow. Bitte verbinden Sie mich dringend mit Genosse Stalin.

- Was? Jetzt?! - Der Sicherheitschef war ueberrascht. Genosse Stalin schlaeft.

- Sofort aufwachen: Die Deutschen bombardieren unsere Staedte, der Krieg hat begonnen.

Fьr einige Augenblicke herrscht Stille. SchlieЯlich antworteten sie am Telefon dumpf:

- Warten Sie ab.

09. Минуты через три к аппарату подошел И. В. Сталин.

Я доложил обстановку и просил разрешения начать ответные боевые действия. И. В. Сталин молчит. Слышу лишь его тяжелое дыхание.

— Вы меня поняли?

Опять молчание.

— Будут ли указания? — настаиваю я.

09. Ungefдhr drei Minuten spaeter naeherte sich I. V. Stalin dem Apparat.

Ich habe die Situation gemeldet und um Erlaubnis gebeten, mit Vergeltungsmassnahmen zu beginnen. J.W. Stalin schweigt. Ich konnte nur sein schweres Atmen hoeren.

- Verstehen Sie mich?

Wieder Stille.

- Wird es Anweisungen geben? Ich bestehe darauf.

10. Наконец, как будто очнувшись, И. В. Сталин спросил:

— Где нарком?

— Говорит по ВЧ с Киевским округом.

— Приезжайте с Тимошенко в Кремль. Скажите Поскребышеву, чтобы он вызвал всех членов Политбюро.

10. SchlieЯlich fragte I. V. Stalin, als wьrde er aufwachen:

- Wo ist der Kommissar?

- Er spricht auf HF mit dem Kiewer Bezirk.

- Kommen Sie mit Timoschenko in den Kreml. Sagen Sie Poskrebyshev, er soll alle Mitglieder des Politbьros anrufen.

11. В 4 часа я вновь разговаривал с Ф. С. Октябрьским. Он спокойным тоном доложил:

— Вражеский налет отбит. Попытка удара по нашим кораблям сорвана. Но в городе есть разрушения.

Хотел бы отметить, что Черноморский флот во главе с адмиралом Ф. С. Октябрьским был одним из первых наших объединений, организованно встретивших вражеское нападение.

11. Um 4 Uhr sprach ich erneut mit F. S. Oktyabrsky. Er sagte in ruhigem Ton:

- Feindlicher Уеberfall abgewehrt. Ein Versuch, unsere Schiffe anzugreifen, wurde vereitelt. Aber es gibt Zerstоеrung in der Stadt.

Ich mоеchte darauf hinweisen, dass die Schwarzmeerflotte unter der Fuehrung von Admiral F. S. Oktyabrsky eine der ersten unserer Formationen war, die einem feindlichen Angriff auf organisierte Weise begegnete.

12. В 4 часа 10 минут Западный и Прибалтийский особые округа доложили о начале боевых действий немецких войск на сухопутных участках округов.

В 4 часа 30 минут утра мы с С. К. Тимошенко приехали в Кремль. Все вызванные члены Политбюро были уже в сборе. Меня и наркома пригласили в кабинет.

            12. Um 04:10 Uhr meldeten die Sonderbezirke West und Baltikum den Beginn der Feindseligkeiten deutscher Truppen in den Landgebieten der Bezirke.

Um 4:30 Uhr kamen Timoschenko und ich im Kreml an. Alle gerufenen Mitglieder des Politbьros waren bereits versammelt. Ich und der Volkskommissar wurden ins Buero eingeladen.

            13. И. В. Сталин был бледен и сидел за столом, держа в руках не набитую табаком трубку.

            Мы доложили обстановку. И. В. Сталин недоумевающе сказал:

            — Не провокация ли это немецких генералов?

   Немцы бомбят наши города на Украине, в Белоруссии и Прибалтике. Какая же это провокация... — ответил С. К. Тимошенко.

13. JW Stalin war blass und sass am Tisch und hielt eine nicht mit Tabak gefuellte Pfeife in den Haenden.

Wir haben die Situation gemeldet. JW Stalin sagte verwirrt:

Ist das nicht eine Provokation der deutschen Generдle?

„Die Deutschen bombardieren unsere Staedte in der Ukraine, Weissrussland und im Baltikum. Was ist das fuer eine Provokation... - antwortete S. K. Timoschenko.

14. — Если нужно организовать провокацию, — сказал И. В. Сталин, — то немецкие генералы бомбят и свои города... — И, подумав немного, продолжал: — Гитлер наверняка не знает об этом.

— Надо срочно позвонить в германское посольство, — обратился он к В. М. Молотову.

В посольстве ответили, что посол граф фон Шуленбург просит принять его для срочного сообщения.

Принять посла было поручено В. М. Молотову.

14. - Wenn sie eine Provokation organisieren muessen, - sagte I. V. Stalin, - dann bombardieren die deutschen Generaele auch ihre Staedte ... - Und nachdem er ein wenig nachgedacht hat, fuhr er fort: - Hitler weiss wahrscheinlich nichts davon.

„Wir muessen dringend die deutsche Botschaft anrufen“, wandte er sich an W. M. Molotow.

Die Botschaft antwortete, Botschafter Graf von Schulenburg habe ihn wegen einer dringenden Botschaft um Empfang gebeten.

V. M. Molotov wurde angewiesen, den Botschafter zu empfangen.

15. Тем временем первый заместитель начальника Генерального штаба генерал Н. Ф. Ватутин передал, что сухопутные войска немцев после сильного артиллерийского огня на ряде участков северо-западного и западного направлений перешли в наступление.

            Мы тут же просили И. В. Сталина дать войскам приказ немедля организовать ответные действия и нанести контрудары по противнику.

15. In der Zwischenzeit berichtete der Erste Stellvertretende Chef des Generalstabs, General N. F. Vatutin, dass die deutschen Bodentruppen nach schwerem Artilleriefeuer in mehreren Sektoren in nordwestlicher und westlicher Richtung in die Offensive gegangen seien.

Wir haben sofort J. W. Stalin gebeten, den Truppen zu befehlen, sofort Vergeltungsaktionen zu organisieren und Gegenangriffe auf den Feind zu starten.

16. — Подождем возвращения Молотова, — ответил он. Через некоторое время в кабинет быстро вошел В. М. Молотов:

— Германское правительство объявило нам войну.

И. В. Сталин молча опустился на стул и глубоко задумался.

Наступила длительная, тягостная пауза.

16. „Warten wir auf die Rueckkehr von Molotow“, antwortete er. Nach einiger Zeit betrat V. M. Molotov schnell das Buero:

Die deutsche Regierung hat uns den Krieg erklаеrt.

JW Stalin lieЯ sich schweigend auf einen Stuhl sinken und dachte tief nach.

Es gab eine lange, schmerzhafte Pause. (I.G.: Also wie immer nachher bei den US-Kriegen – zunaechst Krieg und dann Kriegseklaerung :))

17. Я рискнул нарушить затянувшееся молчание и предложил немедленно обрушиться всеми имеющимися в Приграничных округах силами на прорвавшиеся части противника и задержать их дальнейшее продвижение.

— Не задержать, а уничтожить, — уточнил С. К. Тимошенко.

   Давайте директиву, — сказал И. В. Сталин. — Но чтобы наши войска, за исключением авиации, нигде пока не нарушали немецкую границу.

17. Ich wagte es, das langwierige Schweigen zu brechen, und schlug vor, alle in den Grenzbezirken verfuegbaren Kraefte sofort auf die durchgebrochenen feindlichen Einheiten zu stuerzen und deren weiteren Vormarsch zu verzoegern.

„Nicht festhalten, sondern zerstoeren“, sagte S. K. Timoschenko.

„Geben Sie uns eine Anweisung“, sagte I. V. Stalin. - Aber damit unsere Truppen mit Ausnahme der Luftwaffe noch nirgendwo die deutsche Grenze verletzen!

18. Трудно было понять И. В. Сталина. Видимо, он все еще надеялся как-то избежать войны. Но она уже стала фактом. Вторжение развивалось на всех стратегических направлениях.

            Говорят, что в первую неделю войны И. В. Сталин якобы так растерялся, что не мог даже выступить по радио с речью и поручил свое выступление В. М. Молотову. Это суждение не соответствует действительности. Конечно, в первые часы И. В. Сталин был растерян. Но вскоре он вошел в норму и работал с большой энергией, правда, проявляя излишнюю нервозность, нередко выводившую нас из рабочего состояния.

18. Es war schwierig, J. W. Stalin zu verstehen. Anscheinend hoffte er immer noch, den Krieg irgendwie vermeiden zu koennen. Aber er war bereits Tatsache geworden. Die Invasion entwickelte sich in alle strategischen Richtungen.

Man sagt, dass J.W. Stalin in der ersten Kriegswoche angeblich so verwirrt war, dass er nicht einmal eine Rede im Radio halten konnte und seine Rede VM Molotow anvertraute. Dieses Urteil trifft nicht zu. Natьrlich war J.W. Stalin in den ersten Stunden verwirrt. Aber er normalisierte sich bald wieder und arbeitete mit grosser Energie, zeigte jedoch eine uebermaessige Nervositaet, die uns oft aus dem Arbeitszustand brachte.

19. В 7 часов 15 минут 22 июня директива № 2 наркома обороны была передана в округа. Но по соотношению сил и сложившейся обстановке она оказалась нереальной, а потому и не была проведена в жизнь.

Вернувшись с С. К. Тимошенко в Наркомат обороны, мы выяснили, что перед рассветом 22 июня во всех западных приграничных округах была нарушена проводная связь с войсками и штабы округов и армий не имели возможности быстро передать свои распоряжения. Заброшенные ранее немцами на нашу территорию диверсионные группы в ряде мест разрушили проволочную связь. Они убивали делегатов связи, нападали на командиров. Радио средствами, как я уже говорил, значительная часть войск приграничных округов не была обеспечена. Поэтому связь с войсками осуществлялась по воздушно-проволочным средствам связи.

19. Am 22. Juni um 07:15 Uhr wurde die Weisung Nr. 2 des Volkskommissars fьr Verteidigung an die Bezirke uebergeben. Aber im Hinblick auf das Kraefteverhaeltnis und die vorherrschende Situation stellte es sich als unrealistisch heraus und wurde daher nicht in die Praxis umgesetzt.

Als wir mit S. K. Timoschenko zum Volkskommissariat fuer Verteidigung zurueckkehrten, stellten wir fest, dass vor Tagesanbruch des 22. Juni die Drahtverbindungen mit den Truppen in allen westlichen Grenzbezirken unterbrochen waren und die Hauptquartiere der Bezirke und Armeen ihre Befehle nicht schnell uebermitteln konnten . Die vorher von den Deutschen in unser Gebiet geworfenen Sabotagegruppen haben an einigen Stellen die Drahtverbindung zerstoert. Sie toeteten Kommunikationsdelegierte und griffen Kommandeure an. Radiomittel - wie ich bereits sagte, dass ein erheblicher Teil der Truppen der Grenzbezirke nicht bereitgestellt wurde. Daher wurde die Kommunikation mit den Truppen ueber Luftleitungskommunikationsmittel durchgefuehrt.

20. Не имея связи, командармы и некоторые командующие округами выехали непосредственно в войска, чтобы на месте разобраться в обстановке. Но так как события развивались с большой быстротой, этот способ управления еще больше осложнил работу.

В штабы округов из различных источников начали поступать самые противоречивые сведения, зачастую провокационного и панического характера.

20. Da es keine Kommunikation gab, gingen die Armeekommandanten und einige Bezirkskommandanten direkt zu den Truppen, um die Situation vor Ort zu regeln. Aber als sich die Ereignisse mit grosser Geschwindigkeit entwickelten, erschwerte diese Managementmethode die Arbeit noch mehr.

Die Hauptquartiere der Bezirke erhielten aus verschiedenen Quellen die widerspruechlichsten Informationen, oft provokativer und panischer Natur.

21. Генеральный штаб, в свою очередь, не мог добиться от штабов округов и войск точных сведений, и, естественно, это не могло не поставить на какой-то момент Главное Командование и Генеральный штаб в затруднительное положение.

К 8 часам утра 22 июня Генеральным штабом было установлено, что:

— сильным ударам бомбардировочной авиации противника подверглись многие аэродромы Западного, Киевского и Прибалтийского особых военных округов, где серьезно пострадала прежде всего авиация, не успевшая подняться в воздух и рассредоточиться по полевым аэродромам;

— бомбардировке подверглись многие города и железнодорожные узлы Прибалтики, Белоруссии, Украины, военно-морские базы Севастополя и в Прибалтике;

21. Der Generalstab wiederum konnte von den Hauptquartieren der Bezirke und Truppen keine genauen Informationen erhalten, was natuerlich das Oberkommando und den Generalstab irgendwann in eine schwierige Lage bringen musste.

Am 22. Juni um 8 Uhr stellte der Generalstab fest, dass:

- Viele Flugplaetze der Sondermilitaerbezirke West, Kiew und Baltikum wurden von feindlichen Bomberflugzeugen schwer angegriffen, wobei die Luftfahrt vor allem schwer beschaedigt wurde und keine Zeit hatte, in die Luft zu fliegen und sich ьber Feldflugplaetze zu verteilen.

- Viele Staedte und Eisenbahnknotenpunkte der baltischen Staaten, Weissrusslands, der Ukraine, der Marinestuetzpunkte von Sewastopol und im Baltikum wurden bombardiert;

22. — завязались ожесточенные сражения с сухопутными войсками немцев вдоль всей нашей западной границы. На многих участках немцы уже вступили в бой с передовыми частями Красной Армии;

— поднятые по боевой тревоге стрелковые части, входившие в первый эшелон прикрытия, вступали в бой с ходу, не успев занять подготовленных позиций;

— на участке Ленинградского военного округа пока было спокойно, противник ничем себя не проявлял.

22. - Entlang unserer gesamten Westgrenze begannen erbitterte Kaempfe mit den deutschen Bodentruppen. In vielen Abschnitten waren die Deutschen bereits in den Kampf mit den vorderen Einheiten der Roten Armee eingetreten;

- Schuetzeneinheiten, die in Kampfbereitschaft versetzt wurden und Teil der ersten Deckungsstufe waren, traten in Bewegung in die Schlacht ein, ohne Zeit zu haben, vorbereitete Positionen einzunehmen;

- Auf dem Gelaende des Leningrader Militaerbezirks zeigte sich der Feind in keiner Weise, waehrend es ruhig war.

23. С. К. Тимошенко позвонил И. В. Сталину и просил разрешения приехать в Кремль, чтобы доложить проект Указа Президиума Верховного Совета СССР о проведении мобилизации и образовании Ставки Главного Командования, а также ряд других вопросов.

И. В. Сталин ответил, что он занят на заседании Политбюро и может принять его только в 9 часов.

23. S. K. Timoschenko rief J. W. Stalin an und bat um Erlaubnis, in den Kreml zu kommen, um ueber den Entwurf eines Dekrets des Praesidiums des Obersten Sowjets der UdSSR ueber die Mobilisierung und Bildung des Hauptquartiers des Oberkommandos sowie ueber eine Reihe von zu berichten andere Probleme.

JW Stalin antwortete, er sei mit einer Sitzung des Politbueros beschaeftigt und koenne ihn erst um 9 Uhr empfangen.

24. До 9 часов ничего существенного нам выяснить не удалось, так как штабы фронтов и командующие не могли получить от штабов армий и корпусов конкретных данных о противнике. Они просто не знали, где и какими силами наступают немецкие части, где противник наносит главные, а где второстепенные удары, где действуют его бронетанковые и механизированные соединения.

24. Bis 9 Uhr konnten wir nichts Bedeutendes feststellen, da die Hauptquartiere der Fronten und die Kommandanten von den Hauptquartieren der Armeen und Korps keine konkreten Informationen ueber den Feind erhalten konnten. Sie wussten einfach nicht, wo und mit welchen Kraeften die deutschen Einheiten vorrueckten, wo der Feind die Haupt- und wo die Sekundaerschlaege lieferte, wo seine gepanzerten und mechanisierten Formationen operierten.

25. Короткий путь от наркомата до Кремля автомашины наркома и моя покрыли на предельно большой скорости. Со мной был первый заместитель начальника Генштаба Н. Ф. Ватутин, у которого находилась карта с обстановкой стратегического фронта. По старой привычке проверять себя, перебрал в памяти взятые с собой бумаги: их было немного, в том числе проект решения о создании Ставки Главного Командования — высшего органа руководства военными действиями вооруженных сил. Документ был заранее разработан Генштабом и одобрен наркомом.

25. Der Wagen des Volkskommissars und meiner legten den kurzen Weg vom Volkskommissariat zum Kreml mit extrem hoher Geschwindigkeit zurueck. Bei mir war der Erste Stellvertretende Generalstabschef N. F. Vatutin, der eine Karte mit der Lage der strategischen Front hatte. Aus alter Angewohnheit, sich zu kontrollieren, ging er die Papiere durch, die er mitgenommen hatte: es gab nicht viele davon, einschliesslich eines Beschlussentwurfs ueber die Schaffung des Hauptquartiers des Oberkommandos, des hoechsten Gremiums zur Leitung der Militaeroperationen der Streitkraefte. Das Dokument wurde im Voraus vom Generalstab entwickelt und vom Volkskommissar genehmigt.

26. Нас встретил А. Н. Поскребышев и сразу проводил в кабинет И. В. Сталина. Члены Политбюро уже находились там. Обстановка была напряженной. Все молчали.

И. В. Сталин молча ходил по кабинету с нераскуренной трубкой, зажатой в руке.

— Ну давайте, что там у вас? — сказал он.

С. К. Тимошенко доложил о проекте создания Ставки Главного Командования. И. В. Сталин посмотрел проект, но решения не принял и, положив бумагу на стол, коротко бросил:

26. A. N. Poskrebyshev traf uns und eskortierte uns sofort zum Buero von I. V. Stalin. Mitglieder des Politbueros waren bereits da. Die Lage war angespannt. Alle schwiegen.

Schweigend ging J.W. Stalin mit einer unbeleuchteten Pfeife in der Hand im Buero umher.

- Kommen Sie schon, was habt Sie da? – sagte er.

S. K. Timoschenko berichtete ueber das Projekt zur Schaffung des Hauptquartiers des Oberkommandos. J. W. Stalin sah sich den Entwurf an, traf jedoch keine Entscheidung und legte das Papier auf den Tisch und warf kurz:

27. — Обсудим на Политбюро.

Осведомившись об обстановке, И. В. Сталин сказал:

— В 12 часов по радио будет выступать Молотов.

27. - Wir werden im Politbьro diskutieren.

Nachdem er sich nach der Situation erkundigt hatte, sagte Stalin:

- Um 12 Uhr spricht Molotow im Radio.

28. Прочитав проект Указа о проведении мобилизации и частично сократив ее размеры, намеченные Генштабом, И. В. Сталин передал Указ А. Н. Поскребышеву для утверждения в Президиуме Верховного Совета. Этим Указом с 23 июня объявлялась мобилизация военнообязанных 1905—1918 годов рождения на территории четырнадцати, то есть почти всех военных округов, за исключением Среднеазиатского, Забайкальского и Дальневосточного, а также вводилось военное положение в европейской части страны. Здесь все функции органов государственной власти в отношении обороны, сохранения общественного порядка и обеспечения государственной безопасности переходили к военным властям. Им предоставлялось право привлекать население и все средства транспорта для оборонных работ и охраны важнейших военных и народнохозяйственных объектов.

28. Nachdem Stalin den vom Generalstab skizzierten Entwurf des Dekrets ueber die Durchfuehrung der Mobilisierung gelesen hat und die teilweise reduzierte den Umfang, uebergab er das Dekret A. N. Poskrebyshev zur Genehmigung durch das Praesidium des Obersten Rates. Dieses Dekret kuendigte ab dem 23. Juni die Mobilisierung der Wehrpflichtigen an, die zwischen 1905 und 1918 auf dem Territorium von vierzehn, d.h. fast allen Militaerbezirken mit Ausnahme von Zentralasien, Transbaikal und Fernost, geboren wurden, und fuehrte auch das Kriegsrecht im europaeischen Teil des Landes ein. Dabei wurden alle Aufgaben staatlicher Behцrden in Bezug auf die Verteidigung, die Aufrechterhaltung der цffentlichen Ordnung und die Gewдhrleistung der Staatssicherheit auf die Militaerbehoerden uebertragen. Sie erhielten das Recht, die Bevoelkerung und alle Transportmittel fuer Verteidigungsarbeiten und den Schutz der wichtigsten militaerischen und nationalen Wirtschaftseinrichtungen einzusetzen.

29. 22 июня Прибалтийский, Западный и Киевский особые военные округа были преобразованы соответственно в Северо-Западный, Западный и Юго-Западный фронты.

Примерно в 13 часов мне позвонил И. В. Сталин и сказал:

— Наши командующие фронтами не имеют достаточного опыта в руководстве боевыми действиями войск и, видимо, несколько растерялись. Политбюро решило послать вас на Юго-Западный фронт в качестве представителя Ставки Главного Командования. На Западный фронт пошлем Шапошникова и Кулика. Я их вызывал к себе и дал соответствующие указания. Вам надо вылететь немедленно в Киев и оттуда вместе с Хрущевым выехать в штаб фронта в Тернополь.

29. Am 22. Juni wurden die Militдrsonderbezirke Baltikum, West und Kiew in die Nordwest-, West- bzw. Sьdwestfront umgewandelt.

Gegen 13 Uhr rief mich I. V. Stalin an und sagte:

- Unsere Frontkommandanten haben keine ausreichende Erfahrung in der Leitung von Kampfhandlungen von Truppen und sind anscheinend etwas verwirrt. Das Politbuero hat beschlossen, Sie als Vertreter des Hauptquartiers des Oberkommandos an die Suedwestfront zu schicken. Wir werden Shaposhnikov und Kulik an die Westfront schicken. Ich rief sie zu mir und gab die entsprechenden Anweisungen. Sie muessen sofort nach Kiew fliegen und von dort zusammen mit Chruschtschow zum Fronthauptquartier in Ternopil gehen.

30. Я спросил:

— А кто же будет осуществлять руководство Генеральным штабом в такой сложной обстановке?

И. В. Сталин ответил:

— Оставьте за себя Ватутина.

Потом несколько раздраженно добавил:

— Не теряйте времени, мы тут как-нибудь обойдемся.

Я позвонил домой, чтобы меня не ждали, и минут через 40 был уже в воздухе. Тут только вспомнил, что со вчерашнего дня ничего не ел. Выручили летчики, угостившие меня крепким чаем и бутербродами.

30. Ich fragte: - Und wer wird den Generalstab in einer so schwierigen Situation fьhren?

JW Stalin antwortete: Lassen Sie Vatutin zurьck.

Dann fьgte er etwas gereizt hinzu:

"Vergeuden Sie nicht Ihre Zeit, wir werden schon irgendwie zurechtkommen."

Ich rief zu Hause an, damit sie nicht auf mich warteten, und nach 40 Minuten war ich schon in der Luft. Mir fiel gerade ein, dass ich seit gestern nichts mehr gegessen hatte. Die Piloten kamen mir zu Hilfe, indem sie mir starken Tee und Sandwiches spendierten.

31. К исходу дня я был в Киеве в ЦК КП(б)У, где меня ждал Н. С. Хрущев. Он сказал, что дальше лететь опасно. Немецкие летчики гоняются за транспортными самолетами. Надо ехать на машинах. Получив от Н. Ф. Ватутина по ВЧ последние данные обстановки, мы выехали в Тернополь, где в это время был командный пункт командующего Юго-Западным фронтом генерал-полковника М. П. Кирпоноса.

На командный пункт прибыли поздно вечером, и я тут же переговорил по ВЧ с Н. Ф. Ватутиным.

31. Am Ende des Tages war ich in Kiew beim Zentralkomitee der KP(b)U, wo N. S. Chruschtschow auf mich wartete. Er sagte, es sei gefaehrlich, weiter zu fliegen. Deutsche Piloten jagen Transportflugzeuge. Sie muessen mit dem Auto fahren. Nachdem wir die neuesten Daten ueber die Situation von N. F. Vatutin ueber HF erhalten hatten, fuhren wir nach Ternopil, wo sich zu dieser Zeit ein Kommandoposten des Kommandanten der Suedwestfront, Generaloberst M. P. Kirponos, befand.

Wir kamen am spaeten Abend am Kommandoposten an, und ich sprach sofort auf der Kurzwelle mit N. F. Vatutin.

32. Вот что рассказал мне Николай Федорович (Ватутин):

— К исходу сегодняшнего дня, несмотря на предпринятые энергичные меры, Генштаб так и не смог получить от штабов фронтов, армий и ВВС точных данных о наших войсках и о противнике. Сведения о глубине проникновения противника на нашу территорию довольно противоречивые. Отсутствуют точные данные о потерях в авиации и наземных войсках. Известно лишь, что авиация Западного фронта понесла очень большие потери. Генштаб и нарком не могут связаться с командующими фронтами Кузнецовым и Павловым, которые, не доложив наркому, уехали куда-то в войска. Штабы этих фронтов не знают, где в данный момент находятся их командующие.

32. Nikolai Fjodorowitsch (Vatutin) hat mir Folgendes gesagt:

- Bis zum Ende des heutigen Tages war es dem Generalstab trotz der ergriffenen energischen Maссnahmen immer noch nicht mоеglich, genaue Daten ueber unsere Truppen und den Feind von den Hauptquartieren der Fronten, Armeen und der Luftwaffe zu erhalten. Informationen ueber die Tiefe des feindlichen Eindringens in unser Territorium sind ziemlich widerspruechlich. Es gibt keine genauen Daten zu Verlusten in der Luftfahrt und bei Bodentruppen. Es ist nur bekannt, dass die Luftkraefte der Westfront sehr schwere Verluste erlitten haben. Der Generalstab und der Volkskommissar koennen die Frontkommandanten Kuznetsov und Pavlov nicht kontaktieren, die, ohne sich beim Volkskommissar zu melden, irgendwohin zu den Truppen gegangen sind. Die Hauptquartiere dieser Fronten wissen nicht, wo sich ihre Kommandeure im Moment befinden.

33. По данным авиационной разведки, бои идут в районах наших укрепленных рубежей и частично в 15—20 километрах в глубине нашей территории. Попытка штабов фронтов связаться непосредственно с войсками успеха не имела, так как с большинством армий и отдельных корпусов не было ни проводной, ни радиосвязи

Затем генерал Н. Ф. Ватутин сказал, что И. В. Сталин одобрил проект директивы № 3 наркома и приказал поставить мою подпись.

            33. Laut Luftaufklaerung finden Kaempfe im Bereich unserer befestigten Linien und teilweise 15-20 Kilometer tief in unserem Hoheitsgebiet statt. Ein Versuch der Frontkommandos, die Truppen direkt zu kontaktieren, war nicht erfolgreich, da mit den meisten Armeen und einzelnen Korps weder Draht- noch Funkverbindung bestand.

Dann sagte General N. F. Vatutin, dass J. W. Stalin den Entwurf der Richtlinie Nr. 3 des Volkskommissars gebilligt und mir befohlen habe, ihn zu unterzeichnen.

34. — Что это за директива? — спросил я.

— Директива предусматривает переход наших войск к контрнаступательным действиям с задачей разгрома противника на главнейших направлениях, притом с выходом на территорию противника.

— Но мы еще точно не знаем, где и какими силами противник наносит свои удары, — возразил я. — Не лучше ли до утра разобраться в том, что происходит на фронте, и уж тогда принять нужное решение.

— Я разделяю вашу точку зрения, но дело это решенное.

— Хорошо, — сказал я, — ставьте мою подпись.

34. - Was ist diese Richtlinie? – fragte ich.

- Die Richtlinie sieht den Uebergang unserer Truppen zu Gegenoffensiven vor, mit der Aufgabe, den Feind in den Hauptrichtungen zu besiegen, ausserdem mit Zugang zum feindlichen Territorium.

Aber wir wissen immer noch nicht genau, wo und mit welchen Kraeften der Gegner seine Schlaege ausfuehrt“, widersprach ich. - Waere es nicht besser, vor dem Morgen herauszufinden, was an der Front passiert, und erst dann die richtige Entscheidung zu treffen?

— Ich teile Ihren Standpunkt, aber die Sache ist erledigt.

„In Ordnung“, sagte ich, „unterschreibe.“

35. Эта директива поступила к командующему Юго-Западным фронтом около 24 часов. Как я и ожидал, она вызвала резкое возражение начштаба фронта М. А. Пуркаева, который считал, что у фронта нет сил и средств для проведения ее в жизнь.

35. Diese Weisung traf gegen 24 Uhr beim Kommandanten der Suedwestfront ein. Wie ich erwartet hatte, erregte dies einen scharfen Einwand des Stabschefs der Front, M. A. Purkaev, der glaubte, dass die Front nicht ueber die Kraft und die Mittel verfuegte, um sie durchzufuehren.

Сложившееся положение было детально обсуждено на Военном совете фронта. Я предложил М. П. Кирпоносу немедленно дать предварительный приказ о сосредоточении механизированных корпусов для нанесения контрудара по главной группировке армий «Юг», прорвавшейся в районе Сокаля. К контрудару привлечь всю авиацию фронта и часть дальней бомбардировочной авиации Главного Командования. Командование и штаб фронта, быстро заготовив предварительные боевые распоряжения, передали их армиям и корпусам.

Надо отметить большую собранность и великолепные организаторские способности начальника штаба фронта М. А. Пуркаева и начальника оперативного отдела штаба фронта И. X. Баграмяна, проявленные ими в этой очень сложной обстановке первого дня войны.

Die aktuelle Lage wurde im Militaerrat der Front ausfuehrlich besprochen. Ich schlug M. P. Kirponos vor, sofort einen vorlaeufigen Befehl zu erteilen, das mechanisierte Korps fuer einen Gegenangriff auf die Hauptarmeegruppe "Sued", die im Gebiet von Sokal durchgebrochen war, zu konzentrieren. Beteiligen Sie die gesamte Luftwaffe der Front und einen Teil der Langstreckenbomberflieger des Oberkommandos am Gegenangriff. Das Kommando und das Hauptquartier der Front, nachdem sie schnell vorlaeufige Kampfbefehle vorbereitet hatten, uebergaben sie den Armeen und Korps.

Hervorzuheben sind die grosse Gelassenheit und die hervorragenden organisatorischen Faehigkeiten des Stabschefs der Front M. A. Purkaev und des Leiters der operativen Abteilung des Hauptquartiers der Front I. Kh. Baghramyan, die sie in dieser sehr schwierigen Situation auf der schon der erster Kriegstag gezeigt hat.

36. В 9 часов утра 23 июня мы прибыли на командный пункт командира 8-го механизированного корпуса генерал-лейтенанта Д. И. Рябышева. Я хорошо знал его еще по работе в Киевском особом военном округе. По внешнему виду комкора и командиров штаба нетрудно было догадаться, что они совершили нелегкий путь. Они очень быстро прошли из района Дрогобыча в район Броды, настроение у них было приподнятое. Глядя на Д. И. Рябышева и командиров штаба, я вспомнил славную 11-ю танковую бригаду, ее командира, отважного комбрига М. П. Яковлева, вспомнил, как отважно громили противника бойцы этой бригады у горы Баин-Цаган на Халхин-Голе. «Да, эти люди будут и теперь драться не хуже, — подумал я. — Лишь бы не опоздать с контрударом...»

(Тук Жуков говори за големите успехи на Червената армия срещу Япония в Халхин-Хол)

36. Am 23. Juni um 9 Uhr morgens kamen wir am Kommandoposten des Kommandanten des 8. mechanisierten Korps, Generalleutnant D. I. Ryabyshev, an. Ich kannte ihn gut von meiner Arbeit im Militaersonderbezirk Kiew. Aus dem Erscheinen des Kommandanten und der Kommandeure des Hauptquartiers war nicht schwer zu erraten, dass sie eine schwierige Reise hinter sich gebracht hatten. Sie sind sehr schnell aus der Region Drohobytsch in die Region Brody uebergegangen, ihre Stimmung war hoch. Als ich D. I. Ryabyshev und die Kommandeure des Hauptquartiers betrachtete, erinnerte ich mich an die glorreiche 11. Panzerbrigade, ihren Kommandanten, den tapferen Brigadekommandanten M. P. Yakovlev, und ich erinnerte mich, wie tapfer die Soldaten dieser Brigade den Feind in der Naehe des Berges Bain-Tsagan auf Khalkhin Gol zerschmetterten. „Ja, diese Leute werden jetzt genauso gut kaempfen“, dachte ich. „Nur nicht mit einem Gegenangriff zu spдt kommen …“

(I.G. – Hier spricht Zhukov von den Kдmpfen der Roten Armee mit Japan!!!)

 




Гласувай:
0



Няма коментари
Търсене

За този блог
Автор: iliaganchev
Категория: Политика
Прочетен: 3871042
Постинги: 4091
Коментари: 877
Гласове: 1068
Архив
Календар
«  Юли, 2022  
ПВСЧПСН
123
45678910
11121314151617
18192021222324
25262728293031